привет. два года спустя. она есть: красивая, счастливая, умная и спокойная, как тот штиль :: она спит, спит глубоким-глубоким сном, таким липким, что вытащить будет непросто. да и некому. просто

просто-
в самолет она не садится: в самолет теперь садятся только отчаянные и безумные - над головой свистят беспилотники, щекоча серебристые крылья механических птиц. с соседом, конечно, заговорить не боится. бояться надо не его. забрать... кого ей нужно было забрать?
о да, она свободная — как тюремный надзиратель, стоящий на посту изо дня в день, или полярник, вышедший за порог в минус сорок. что такое свобода? кандалы, прибитые к рукам. ошейник и поводок, ни к чему не привязанные. куда пойдем? далеко ли?
в ней всего понемногу и даже больше: она достаточная смелая, чтобы признаться в страхе; достаточно раскрепощенная, чтобы заявить о стеснении. иногда с чертами проще не бороться — просто принять.
о да, это действительно наполненность — опытом, годами, усталостью.
она живет, хоть и спит.
ей, наверное, хорошо. как там, во снах?
она в серой толстовке — как любит, — с черной огромной сумкой, в костюмных шортах, в лоферах, в черных гольфах.
она учится — и считает это обучение ужасно дорогой ошибкой.
она работает — и ненавидит свою работу, пускай и научилась выуживать оттуда свою выгоду.
она действительно делает то, что хочет. и то, что нужно.
но пока не совсем понимает, нужно для чего.